Rambler's Top100

К. Брюллов(1794-1881)

Портрет А.Н.Демидова Сан-Донато

1831, холст, масло,
Флоренция, Палаццо Питти, галерея современного искусства


Знаменитый парадный портрет А. Н. Демидова, кисти Карла Брюллова, был передан Карагеоргиевичем (наследником Демидова) во флорентийский музей Питти.
Портрет этот хорошо известен по эскизам и подготовительным рисункам художника, хранящимся в советских собраниях, а также по репродукции, опубликованной еще в 1914 году в издании С. П. Покровского «Демидовский лицей в г. Ярославле в его прошлом и настоящем».
Художник работал над этим произведением с перерывами более двадцати лет. Уральский магнат заказал свой портрет Брюллову почти одновременно с картиной «Последний день Помпеи».

О рождении замысла картины М. И. Железнов рассказывал так (несколько противореча другим свидетельствам по этому вопросу):
«Анатолий Николаевич Демидов съехался с Брюлловым в Неаполе и повез его с собою в Помпею. Во время осмотра этого города в голове Брюллова мелькнула мысль написать большую картину и представить на ней гибель Помпеи. Он тогда же сообщил свою мысль Демидову и, надо думать, что сообщил ее, по обыкновению, с одушевлением, красноречиво и увлекательно, потому что Демидов, выслушав его, дал ему слово купить задуманную им картину, если он ее напишет.
«Последний день Помпеи» был завершен в 1833 году. Портрет же к этому времени был только начат. Художник, после очень тщательной проработки композиции, поиска наиболее выигрышного расположения фигуры на полотне, о чем говорят сохранившиеся карандашные наброски и живописные эскизы, вскоре охладел к портрету и забросил его, как это с ним случалось не раз. Во всяком случае, в своем письме К. П. Брюллову от 4 мая 1844 года А. Н. Демидов писал из Флоренции в Петербург:

«Вы, без сомнения, помните, что около десяти лет тому назад, во время пребывания моего в Италии, вы начали рисовать мой портрет, на котором я был изображен верхом, в боярском костюме; мой отъезд (за которым вскоре последовал и ваш) не дал возможности его докончить».
Когда же в 1850 году Карл Брюллов вернулся в Рим, из Сан-Донато он получил письмо от А.Н.Демидова с напоминанием о неоконченной работе.

«Дорогой Бpюллов! — писал вельможа.— Я узнал о вашем приезде в Рим, и будучи в таком сравнительно близком соседстве, что, кажется, мне стоит только протянуть свою руку, чтобы встретить вашу,- я хотел бы одним из первых приветствовать вас как старого друга... Я хотел бы... воспользоваться вашим пребыванием здесь (т.е. в Риме), чтобы попросить вас об одном одолжении, которое меня весьма тронуло бы. Почти четверть века прошло с тех пор, как вы сделали с меня один набросок:
как сейчас вижу себя верхом, в лесном уголку, в сопровождении борзой собаки! Вы не можете себе представить, с каким удовольствием увидел бы я этот портрет доконченным, понятно, с помощью ваших воспоминаний. Ведь никакое чудо не в состоянии возвратить нам хотя бы лишь на четверть часа признаков молодости, бывших у нас 22 года тому назад!»

Брюллов внял просьбе мецената и согласился продолжить работу над портретом. Это вызвало восторженную признательность Демидова, который сообщал художнику о своих планах в таких словах:
«По получении от вас этого портрета он останется несколько времени у меня в Сан-Донато, а потом я намерен послать его на парижскую выставку, которая скоро откроется, а потом на постоянную венскую... Почти 20 лет тому назад в Париже была на выставке ваша «Помпея», которую вы сделали для меня во время первого вашего путешествия в Италию; мне приятно послать нынче, опять в Париж, картину нынешней вашей манеры, тоже написанную для меня опять в Италии, только 20 лет спустя...

Этим мечтаниям мецената не суждено было сбыться. Художник умер, так и не окончив самого грандиозного своего парадного холста.




Rambler's Top100

Copyright © 2006 nearyou.ru